Слобода

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Расширенный поиск  

Новости:

С Новым Днём!!!

Страницы: [1] 2 3 ... 10
 1 
 : 20 Мая 2018, 21:21:39 
Автор sem - Последний ответ от san
Истории

Старший брат рассказывал. Увлекался он электроникой, благо в СССР в магазинах радиодеталей было завались, паяй, делай чё хош. Так вот. Повадился у него сосед громко музыку включать. Что у него там было – радио, магнитофон, пластинки – не суть. Короче, задолбал. Брательник почитал журналы («радио» и т.п.), пошевелил мозгами, с кем-то посоветовался. В итоге появилось некое устройство, сейчас именуемое глушилкой. Итак, испытания! Теперь уже он ждёт, не дождётся, когда сосед свою шарманку врубит. Врубил. Брат своё устройство врубил. Говорит, даже слышно было, как после музыки вдруг «пшшшшшшшшш». Сосед вырубил звук. Через некоторое время снова врубил, но тихо. Бог с тобой, слушай. Потом опять врубил на всю мощь, сука. Брат включил своё устройство. Снова «пшшшшш» и так несколько раз. Сосед знал, что брат соображает в радиотехнике, поэтому через какое-то время обратился к нему. Дальше диалог:
- Слушай, чё за фигня? Аппаратура класс, всё зашибись, но как громко включу, сразу вырубается, помехи из динамиков идут, только «пшшшш» слышно. А вот негромко слушаю, всё нормально. Помоги.
Брат полушёпотом:
- Ты чё, совсем дурак? Везде же КГБшные прослушки стоят. Пока музыка нормально звучит, тебя слышно, а как ты врубил на «всю», значит ты что-то скрываешь, ну, типа, шпион. Тебя уже вычислили. Хочешь, чтоб замели?
- Ёптить мать! Чё делать то теперь?
- Просто музыку громко не включай и всё.
С тех пор в их доме было всё спокойно.

Рассказал(а): Сердж

 2 
 : 18 Мая 2018, 10:56:35 
Автор sem - Последний ответ от san
Истории

-Какая бурная, в вашем посёлке, ночная жизнь, восхищался я обилием ярких разноцветных огней в ночи, находясь на борту, заходящего на посадку военнотранспортного самолёта.
-Да уж, обхохочешься, это «Манхэттен» — ответил мне лётчик.

На дворе были 90-е и поэтому все выживали как могли. Летуны полузаброшенного военного аэродрома в Забайкалье не стали ждать у судьбы подарков и возили из Китая всё, что можно было хоть как-то продать на Родине. Благо топлива на аэродроме было завались — СССР, наученный горьким опытом, обстоятельно готовился к войне с соседями. Лётчики договаривались с навигацией и пересекали границу до ближайшего китайского аэродрома, сливали топливо, грузились ширпотребом и летели обратно.

Вот в один из таких рейсов, на борт пришла радиограмма: «майнайте груз за борт, на аэродроме проверка». Самолёт встал на круг возле своего аэродрома и открыв люки выбросил в тайгу 20 тонн груза. Это сейчас каждая вещица в упаковке и с инструкцией, а тогда всё брали на вес. Так и выглядело: поддоны на которых стоит большой пластиковый мешок и в нём груз россыпью. В тот день грузом были миниатюрные пластмассовые ёлочки с аккумулятором и солнечной батареей — днём заряжается, а ночью ёлка переливается всеми своими светодиодными огоньками.

Вот всем этим разноцветием порвавшиеся мешки и украсили леса вокруг аэродрома. Сначала было прикольно — в лесу дискотека как на сцене театра эстрады, потом пришли егеря и дали по башке авиаторам. Не знаю из чего китайцы делали свой товар, но факт: почему-то белки стали таскать эти ёлочки к себе на деревья, а пчелы облюбовали эти игрушки и облепливали их мёдом. Медведи быстро раскусили этот трюк и стали эти ёлки целенаправленно искать и грызть, иногда даже глотать целиком. Пока медведи срали игрушками это было забавно. Даже определённо в этом был свой плюс - начальство, любившее охоту, легко выслеживало хозяина тайги, идя по его «сияющим еловым» следам. Потом какой-то болтун рассказал о «ночном сиянии» тайги в газете и к нам попёрли уфологи. Это на секретный-то «аэродром подскока». Начальство почесало репу и повелело исправить и доложить.

Доложить, конечно, доложили, а вот с «исправить» вышла заминка: послали солдатиков очищать тайгу от цветного безобразия. Собрав сколько-то тысяч ёлочек успокоились, понадеявшись на надвигающуюся суровую забайкальскую зиму. Ага, не тут-то было. Ёлочки пережили зиму и по весне яркие разноцветные мотыльки на кронах деревьев вновь озарили ночное таёжное небо.

Рассказал(а): Rjvo

 3 
 : 18 Мая 2018, 10:52:01 
Автор san - Последний ответ от san
фотку нашел внезапно...

 4 
 : 17 Мая 2018, 00:47:08 
Автор BizonStiv - Последний ответ от BizonStiv

 5 
 : 16 Мая 2018, 02:42:15 
Автор BizonStiv - Последний ответ от BizonStiv

 6 
 : 15 Мая 2018, 12:59:04 
Автор san - Последний ответ от san
и чем больше работаем, тем меньше получаем(((
сами же себе фашисты
это да. внутренняя политика в стране курируется прозападным либеральным кланом, который поставил себе цель выкачать из россии как можно больше денег.

но к Великой Победе над фашизмом это не имеет никакого отношения.

была другая война "холодная" которую мы проиграли америке. поэтому сейчас америка нам руки и выкручивает своими санкциями.

беда именно в этом. в поражении а не в победе.

 7 
 : 15 Мая 2018, 11:57:34 
Автор san - Последний ответ от @Т@СК@
дела говорят об уничтожении русского народа фашистами.
фантазировать о том как бы хорошо мы отдыхали в третьем рейхе можно долго,
но факты говорят об обратном. нам была уготована участь африканских рабов.


ну да деды и бабки может быть и были б рабами как  и далее по цепочке, но...
факт остается фактом, что от чего то лучше нам не живется в россии, имея газ нефть и природные ресурсы, все на импорт и экспорт, а сами в ЖОПЕ.
работаем как рабы без выходных и проходных, и ни чего не имеем. и чем больше работаем, тем меньше получаем(((
сами же себе фашисты

 8 
 : 15 Мая 2018, 10:40:13 
Автор sem - Последний ответ от san
Истории

Старый парикмахер

Мы жили в одной комнате коммуналки на углу Комсомольской и Чкалова. На втором этаже, прямо над садиком "Юный космонавт". В сталинках была хорошая звукоизоляция, но днем было тихонько слышно блямканье расстроенного садиковского пианино и хоровое юнокосмонавтское колоратурное меццо-сопрано.
Когда мне стукнуло три, я пошел в этот же садик. Для этого не надо было даже выходить из парадной. Мы с бабушкой спускались на один этаж, она стучала в дверь кухни - и я нырял в густое благоухание творожной запеканки, пригорелой кашки-малашки и других шедевров детсадовской кулинарии.
Вращение в этих высоких сферах потребовало, чтобы во мне все было прекрасно, - как завещал Чехов, - и меня впервые в жизни повели в парикмахерскую.
Вот тут-то, в маленькой парикмахерской на Чкалова и Советской Армии, я и познакомился со Степаном Израйлевичем.
Точнее, это он познакомился со мной.
В зале было три парикмахера. Все были заняты, и еще пара человек ждали своей очереди.
Я никогда еще не стригся, был совершенно уверен, что как минимум с меня снимут скальп, поэтому ревел, а бабушка пыталась меня взять на слабо, сочиняя совершенно неправдоподобные истории о моем бесстрашии в былые времена:
- А вот когда ты был маленьким...
Степан Израйлевич - высокий, тощий старик - отпустил клиента, подошел ко мне, взял обеими руками за голову и начал задумчиво вертеть ее в разные стороны, что-то бормоча про себя. Потом он удовлетворенно хмыкнул и сказал:
- Я этому молодому человеку буду делать голову!
От удивления я заткнулся и дал усадить себя в кресло.
Кто-то из ожидающих начал возмущаться, что пришел раньше.
Степан Израйлевич небрежно отмахнулся:
- Ой, я вас умоляю! Или вы пришли лично ко мне? Или я вас звал? Вы меня видели, чтобы я бегал по всей Молдаванке или с откуда вы там себя взяли, и зазывал вас к себе в кресло?
Опешившего скандалиста обслужил какой-то другой парикмахер. Степан Израйлевич не принимал очередь. Он выбирал клиентов сам. Он не стриг. Он - делал голову.
- Идите сюда, я буду делать вам голову. Идите сюда, я вам говорю. Или вы хочете ходить с несделанной головой?!
- А вам я голову делать не буду. Я не вижу, чтобы у вас была голова. Раечка! Раечка! Этот к тебе: ему просто постричься.
Степан Израйлевич подолгу клацал ножницами в воздухе, елозил расческой, срезал по пять микрон - и говорил, говорил не переставая.
Все детство я проходил к нему.
Стриг он меня точно так же, как все другие парикмахеры стригли почти всех одесских мальчишек: "под канадку".
Но он был не "другой парикмахер", а Степан Израйлевич. Он колдовал. Он священнодействовал. Он делал мне голову.
- Или вы хочете так и ходить с несделанной головой? - спрашивал он с ужасом, случайно встретив меня на улице. И по его лицу было видно, что он и представить не может такой запредельный кошмар.
Ежеминутно со смешным присвистом продувал металлическую расческу - будто играл на губной гармошке. Звонко клацал ножницами, потом брякал ими об стол и хватал бритву - подбрить виски и шею.
У Степана Израйлевича была дочка Сонечка, примерно моя ровесница, которую он любил без памяти, всеми потрохами. И сколько раз меня ни стриг - рассказывал о ней без умолка, взахлеб, брызгая слюной от волнения, от желания выговориться до дна, без остатка.
И сколько у нее конопушек: ее даже показывали врачу. И как она удивительно смеется, закидывая голову. И как она немного шепелявит, потому что сломала зуб, когда каталась во дворе на велике. И как здорово она поет. И какие замечательные у нее глаза. И какой замечательный у нее нос. И какие замечательные у нее волосы (а я таки немножко разбираюсь в волосах, молодой человек!).
А еще - какой у Сонечки характер.
Степан Израйлевич восхищался ей не зря. Она и правда была очень необычной девочкой, судя по его рассказам. Доброй, веселой, умной, честной, отважной. А главное - она имела талант постоянно влипать в самые невероятные истории. В истории, которые моментально превращались в анекдоты и пересказывались потом годами всей Одессой.
Это она на хвастливый вопрос соседки, как сонечкиной маме нравятся длиннющие холеные соседкины ногти, закричала, опередив маму: "Еще как нравятся! Наверно, по деревьям лазить хорошо!".
Это она в трамвае на вопрос какой-то тетки с детским горшком в руках: "Девочка, ты тут не сходишь?" ответила: "Нет, я до дома потерплю", а на просьбу: "Передай на билет кондуктору" - удивилась: "Так он же бесплатно ездит!".
Это она на вопрос учительницы: "Как звали няню Пушкина?" ответила: "Голубка Дряхлая Моя".
Сонины остроты и приключения расходились так стремительно, что я даже частенько сначала узнавал про них в виде анекдота от друзей, а потом уже от парикмахера.
Я так и не познакомился с Соней, но обязательно узнал бы ее, встреть на улице - до того смачными и точными были рассказы мастера.
Потом детство кончилось, я вырос, сходил в армию, мы переехали, я учился, работал, завертелся, растерял многих старых знакомых - и Степана Израйлевича тоже.
А лет через десять вдруг встретил снова. Он был уже совсем дряхлым стариком, за восемьдесят. По-прежнему работал. Только в другой парикмахерской - на Тираспольской площади, прямо над "Золотым теленком".
Как ни странно, он отлично помнил меня.
Я снова стал заходить к старику. Он так же торжественно и колдунски "делал мне голову". Потом мы спускались в "Золотой теленок" и он разрешал угостить себя коньячком.
И пока он меня стриг, и пока мы с ним выпивали - болтал без умолку, брызгая слюнями. О Злате - родившейся у Сонечки дочке.
Степан Израйлевич ее просто боготворил. Он называл ее золотком и золотинкой. Он блаженно закатывал глаза. Хлопал себя по ляжкам. А иногда даже начинал раскачиваться, как на еврейской молитве.
Потом мы расходились. На прощанье Степан Израйлевич обязательно предупреждал, чтобы я не забыл приехать снова:
- Подумайте себе, или вы хочете ходить с несделанной головой?!
Больше всего Злата, по словам Степана Израйлевича, любила ириски. Но был самый разгар проклятых девяностых, в магазинах было шаром покати, почему-то начисто пропали и они.
Совершенно случайно я увидел ириски в Ужгороде - и торжественно вручил их Степану Израйлевичу, сидя с уже сделанной головой в "Золотом теленке".
- Для вашей Златы. Ее любимые.
Отреагировал он совершенно дико. Вцепился в кулек с конфетами, прижал его к себе и вдруг заплакал. По-настоящему заплакал. Прозрачными стариковскими слезами.
- Злата… золотинка…
И убежал - даже не попрощавшись.
А вечером позвонил мне из автомата (у него давно был мой телефон), и долго извинялся, благодарил и восхищенно рассказывал, как обрадовалась Злата этому немудрящему гостинцу.
Когда я в следующий раз пришел делать голову, девочки-парикмахерши сказали, что Степан Израйлевич пару дней назад умер.
Долго вызванивали заведующего. Наконец, он продиктовал домашний адрес старого мастера, и я поехал туда.
Жил он на Мельницах, где-то около Парашютной. Нашел я в полуразвалившемся дворе только в хлам нажравшегося дворника.
Выяснилось, что на поминки я опоздал: они были вчера. Родственники Степана Израйлевича не объявлялись (я подумал, что с Соней и Златой тоже могло случиться что-то плохое, надо скорей их найти).
Соседи затеяли поминки в почему-то не опечатанной комнате парикмахера. Помянули. Передрались. Танцевали под "Маяк". Снова передрались. И растащили весь небогатый скарб старика.
Дворник успел от греха припрятать у себя хотя бы портфель, набитый документами и письмами.
Я дал ему на бутылку, портфель отобрал и привез домой: наверняка, в нем окажется адрес Сони.
Там оказались адреса всех.
Отец Степана Израйлевича прошел всю войну, но был убит нацистом в самом начале 1946 года на Западной Украине при зачистке бандеровской погани, которая расползлась по схронам после нашей победы над их немецкими хозяевами.
Мать была расстреляна в оккупированной Одессе румынами, еще за пять лет до гибели отца: в октябре 1941 года. Вместе с ней были убиты двое из троих ее детей: София (Сонечка) и Голда (Злата).
Никаких других родственников у Степана Израйлевича нет и не было.
Я долго смотрел на выцветшие справки и выписки. Потом налил до краев стакан. Выпил. Посидел с закрытыми глазами, чувствуя, как паленая водка продирает себе путь.
И только сейчас осознал: умер единственный человек, кто умел делать голову.
В последний раз он со смешным присвистом продул расческу. Брякнул на стол ножницы. И ушел домой, прихватив с собой большой шмат Одессы. Ушел к своим сестрам: озорной конопатой Сонечке и трогательной стеснительной Злате-Золотинке.
А мы, - все, кто пока остался тут, - так и будем теперь до конца жизни ходить с несделанной головой.
Или мы этого хочем?

Александр Пащенко

Рассказал(а): alexxx_13

 9 
 : 15 Мая 2018, 10:38:59 
Автор san - Последний ответ от san
Истории

Вот вы ждете смешные истории и пытаетесь написать смешно о ВОВ. Но все сводится к мату и сексу . Читаю вымышленные истории о ветеранах и обидно за них . Так 11.05.18 истории №947488 , 947489 за подписью –Сердж, ну «натуральный высер» как сказал в комментах – tracer. О войне смешно писать нельзя! Это всегда горе. Попробую написать о своих родственниках . Мой отец, Иван Афанасьевич, 7 лет был в армии :– в 1939г. Призвали в армию ,потом война с немцами , затем с Японией, и демобилизовался только в 1946 г. был фронтовой шофер , возил снаряды на передовую , воевал на Курской дуге, в Польше , в г.Санок был ранен , награжден боевыми медалями и орденами. Был очень скромный. Никогда я не слышала от него матерного слова, хотя повидал он много. Но не любил он рассказывать о войне, но в 1991году он написал воспоминания в газету Ветеран , чтобы рассказать «молодому поколению как освобождали свободу и независимость нашей советской Родины от немецко–фашистского порабощения.» Письмо большое , приведу лишь выдержку ,дословно:–«и самое необыкновенное произошло в один из солнечных дней, после прорыва Курско–Орловской дуги. Той части , куда мы везли боеприпасы на месте не оеазадось, она ушла вперед, порвав оборону противника и мы ехали вслед за ней по пшенично-ржаным полям, скошенным пулями и подъехали к необычной стене. Стене из человеческих трупов , высотой примерно до двух метров , ни в право , ни в лево конца этой стены не было видно. Трупы уложены как по заказу рядами– немецких и наших советских солдат, которые, то наступали , то отступали через эти трупы, а их косили ураганным огнем, наращивая стену. Я видел примерно такие же стены из трупов немецких солдат и офицеров, но там они были уложены специально при расчистке улиц ст.Коростень. На такие стены смотреть дико,жутко. Какие нервы нужно иметь солдату , чтобы пережить весь этот ужас войны?» Моя мама, Елизавета Никитична, в 16 лет, в 1942 г. была мобилизована на военный завод в Красноярск , делала детали для самолетов , снарядов. Вспоминала , что было так тяжело,что они постоянно просились на фронт, на передовую. Если работаешь в ночь и уснешь за станком – трибунал! А заснуть можно было от слабости, т.к. давали паек и всегда хотелось есть. Мастер жалел девчонок, ходил по цеху , будил . Мама постоянно выполняла.
план на 100 и больше %. Она рассказывала, что если на детали к самолету будет какая то неточность , то такая деталь в полете может отказать и они очень ответственно относились к своей работе. Мама была награждена медалью« за доблестный труд в ВОВ». Мой дед, Афанасий Николаевич, был ранен в бою осколком снаряда , прямо в сердце .осколок застрял в мм от сердца и хирург сказал:– если я буду вынимать осколок, то солдат может умереть у меня на столе, а так ещё может поживет. Дед прожил 70 лет, работал, строил дома, вырастил пять сыновей. Никогда я не слышала от него матерного слова и не помню, чтобы он вспоминал войну. Было какое то негласное табу. Другой мой дед, Никита Егорович, имея бронь , выпросился добровольцем на фронт, на передовую. Тоже никаких разговоров о войне, единственный случай помню, мама рассказывала, у деда в колхозе осталось семья, дети. А колхозе тоже, во время войны, был голод, так как все сдавали на фронт .был план по сдаче молока масла табака и т.д. не сдашь–трибунал. И вот мой дед получает на фронт письмо, что его единственный сын (были одни девчонки) умер от голода (может и не от голода, но в деревне врача не было). Дед от горя встал на бруствер пусть меня немцы убьют, зачем жить.высокий,почти 2 метра ростом, красивый мужик стоит во весь рост, пули веером вжикают со всех сторон и ни одна даже не задела. Потом наши стали кричать «ложись, иначе мы тебя убьем, потому что ты выдаешь позиции». Он упал и плакал обнимая землю. Дед умер рано, в 50 лет., но я помню его добрым, никогда не матерившимся, и он пел красивые песни у него был красивый голос. я выросла в послевоенное время, да был голод, разруха, но наше поколение выросло в условиях любви к детям, к жизни, к миру! Наши родители, деды восстановили страну. В наше время мат и татуировки были признаком дурного тона , так как матерились и накалывались лагерники из мест не столь отдаленных . А сейчас современная молодежь не считает это зазорным. В интернете «прикольно » обосрать всех матом и при этом получить кучу лайков (даже название собачье). Певцы поют матерные песни, зарабатывая на этом миллионы. И это наша культура? Лолита,   Шнур и даже Киркоров ,король, поп звезда, опустился до этого дешевого авторитета , сняв позорный клип–«цвет настроения синий» в канун праздника 9 мая, гдепоказаны бомжи, наркоманы,,алкаши , маленький ребенок, пьющий из горла вино прямо в магазине и и сам Киркоров матерится, причем смачно, со вкусом. А потом радуется как мальчик :–Ура, у меня десять миллионов просмотров!» Моя дочь современная женщина, 34–х лет, когда я начинаю говорить свое мнение обо всем этом, говорит:– да это же просто прикол такой. неужели миллионы наших потомков , восстанавливали страну из руин, чтобы сейчас ,ради прикола, вы их обсерали, а они уже все на том свете и не могут защититься . А сейчас день Победы превратили в источник наживы. Обидно, что фашизм в нашей стране злорадствует над нашими ветеранами . Написала сущую правду. Извините, что не смешную, а со слезами на глазах.

Рассказал(а): галина

 10 
 : 15 Мая 2018, 10:30:14 
Автор san - Последний ответ от san
рассуждать это хорошо, дела говорят о другом

дела говорят об уничтожении русского народа фашистами.
фантазировать о том как бы хорошо мы отдыхали в третьем рейхе можно долго,
но факты говорят об обратном. нам была уготована участь африканских рабов.

бабушке твоей сочувствую. дураков напавших на нее везде полно и при любом строе.

Страницы: [1] 2 3 ... 10

Страница сгенерирована за 1.962 секунд. Запросов: 22.